Когда время истекло, Джефф сказал по-русски:

– Алекс, Алекс! О ком ты думал, когда нажимал кнопку? О ком ты думал, Алекс?

Губы русского шевельнулись.

В голосе Джеффа появились командные нотки:

– Лейтенант Сисакян, на ком вы сосредоточивались?

– На президенте Соединенных Штатов Америки.

– Ты совсем сбрендил? – спросил шеф.

– Я все проверил, сэр, – настойчиво ответил Джефф. – Президент на рыбалке, там, в Мичигане. Мы можем все выяснить через Майка и его ребят. Почему бы и нет? Самое плохое, что может случиться, так это если наша затея просто лопнет. Но тогда мы вернем молодого Сисакяна в советское посольство и отошлем резкую ноту, позволив при этом нашей информации просочиться. Мы запишем каждое мгновение на аудио– и видеопленку. Сработает. Вот перед вами сын Номера Третьего – самый большой клоун всех времен и народов.

– А какой ты просматриваешь наиболее хороший вариант из тех, что могут произойти? – кисло поинтересовался шеф.

– Он сделает что-то, что даст нам настоящую зацепку. Он будет в полнейшем замешательстве и свяжется с кем-то, с кем в обычной обстановке связываться бы не стал. Это шанс, сэр, но шанс, не использовать который мы не имеем права.

– Если что-то пройдет не так, Джефферсон, – зловеще пророкотало начальство, – то полетят головы. И я подозреваю, что твоя будет одной из первых.

– Да, сэр, – поспешно согласился Джефф. – Но я действительно жажду воспользоваться случаем. За все время моего пребывания в этом департаменте плаща и кинжала такой возможности у нас никогда еще не было.

– И если по чести, то надеюсь, никогда и не будет, – пробормотал шеф.

Придя в себя, Алекс, не веря глазам, замотал головой. На самом деле он никогда не верил. Не верил с тех пор, как впервые услышал о фантастическом устройстве. Не верил даже тогда, когда наконец-то выследил Таркингтона Перкинса – человека, в реальном существовании которого он тоже сомневался. Не верил даже тогда, когда наконец устройство попало к нему в руки. Причем от человека, который доказал, что является одним из величайших ученых-интуитивистов, как их называл Менделеев, когда-либо рождавшихся на земле.